Через силу отвернувшись, я оглядел остатки трапезы. Колбаса ещё оставалась и, отломив половину, я принялся неторопливо жевать, одновременно с этим пытаясь ещё раз разложить по полочкам то, что со мной случилось.
— Проснулся?
Хм. Разложил.
Я сделал разворот на сто восемьдесят градусов и Дара тут же отвернулась.
— Не смотри на меня. Я заспанная.
— А я вообще ящер и ничего же, не стесняюсь.
Дара, сдерживаясь, засмеялась, потом махнула рукой.
— Всё равно не смотри.
Я вновь отвернулся и принялся ждать когда она приведёт себя в порядок, не совсем понимая, как она собирается это делать.
— Могла бы сходить принять ванну. Есть же в этом Кровлике где такое можно сделать?
— Ты серьёзно? — она явно смутилась. — А что от меня плохо пахнет?
— Да я ни к тому! Честно говоря, я ничего плохого и не чувствую, но просто… Для себя.
Она задумалась на секунду и ответила с какой-то обидчивой решительностью.
— Нет. Это неважно. Всё равно через час-два уходить.
Спорить я не стал, а, захватив пару шприцов и бинты, отправился на чердак, чтобы уже в который раз произвести осмотр двора и части улицы. Хотя, чего я там собираюсь увидеть? За этими двумя придурками так никто и не пришёл, а значит, уже и не придёт. Кто-то из соседей заглянет? Тоже вряд ли. К нашему счастью окрестности после обстрела и правда больше похожи на пустошь, чем на жилой район…
Темнеть стало как-то внезапно, и когда мы, собрав свои скромные пожитки, вышли из дома, то увидели, что дело в огромной туче на западе. Она возвышалась над горизонтом словно громадная волна, обрамлённая белыми, похожими на пену, облаками, а когда мы выбрались из города и поднялись на первый холм, накрыла нас с головой.
Хлынул ливень, температура резко упала и я почувствовал, как едва слышно загудел термоброн. Интересно, на сколько его ещё хватит? Нет, жаловаться на эту штуку я уже никогда не буду, по моему мнению он и так уже отработал то, на что я даже не рассчитывал. Но вот как мне быть дальше? Ведь и не гудел он раньше…
— Дара, ты слышишь? — повысив голос, чтобы перекричать шум дождя, спросил я и ткнул пальцем себе в живот. — Термоброн вроде гудеть начал!
Она приблизилась, нахмурилась на несколько секунд, потом кивнула.
— Угу, слышу. И что?
Я пожал плечами.
Из-за дождя нам пришлось идти всю ночь без остановки, по той причине, что останавливаться было попросту негде. Через полчаса земля под ногами начала разъезжаться, я грохнулся первый, не удержав равновесия. Всего через пару минут упала Дара.
— Чёртов дождь! — ругался я, завалившись во второй раз на спину и разбив последнюю банку с майонезом. Если бы не термоброн, то мог и не встать, а так и остался бы лежать с проткнутой стеклом спиною. Банка разбилась ужасающе, образовав минимум три фрагмента способных проткнуть даже мою чешую. Аккуратно вытаскивая их из рюкзака я перепачкался в майонезе и стал ругаться сильнее, чем рассмешил Дару.
— Ты так серьёзно посылаешь какую-то банку. Нет, не обижайся, и правда, смешно…
Я бросил последний осколок в кусты и взглянул на небо.
— Если дождь будет идти всю ночь, то нас скоро вообще с этих холмов смоет, к чертям собачьим! — констатировал со злостью в голосе. — Я думаю, мы даже нормально спуститься в долину уже не сможем.
— Тогда лучше остановиться сейчас.
— Под таким дождём?
— А что делать?
Я посмотрел на вспыхивающее от молний небо.
— Придётся прямо на какой-нибудь поляне останавливаться. В грозу я под деревом укрываться не решусь.
— А никто и не собирается под деревом. Давай лучше отыщем поваленный ствол и залезем под него.
— Уверена, что в него молния не шибанёт?
— Не очень, но вроде не должно.
Полный сомнений, я принялся вместе с нею искать поваленное дерево, заодно радуюсь тому, что дождь всё же стал утихать. Но даже если он закончится, то останется опасность попасть под какой-нибудь поток, который может хлынуть с вершины холма. Мало ли где там могла собраться вода. Хорошо бы подняться на эту самую вершину, да вот только по такой размокшей земле — всё равно что через Волгу вброд.
Продолжая поскальзываться и неуклюже подниматься, мы прорыскали в темноте, освещаемой редкими молниями больше часа, пока наконец не отыскали поваленное то ли той же молнией, то ли ураганом, толстое дерево. Наткнувшись в темноте на острые ветки, я вновь выругался и даже подумал, что лучше бы мы отсиделись этой ночью и завтрашним днём в доме. Да, риск огромный, но зато не шлялись бы грязные как свиньи по разъезжающейся под ногами земле.
Дара нашла какой-то удобный лаз, стала звать. Я со злостью сломал пару довольно толстых веток и добрался до неё.
— Олег, я тут! — донеслось из-под дерева и я повалился на колени, чтобы пролезть вслед за Дарой. Вспыхнули две молнии подряд и я успел разглядеть свой термоброн. Да уж, свинство и в самом деле полное. Ни одного места, которого бы не коснулась грязь. Плюс этот гудящий термоброн…
— Знаешь, придётся, наверное, его выключить, — забравшись под ствол, сказал я и попытался оглядеться. В метре от меня вспыхнул огонёк зажигалки и я увидел лицо Дары, очерченное тьмой. Под глазами круги, щёки чуть осунулись. Да что тут говорить, я и сам задолбался больше, чем в первую ночь. — Так что если чего, ты не пугайся. Хорошо?
— Ты сильно отключишься?
Я улыбнулся.
— Наверное, сильно. Не знаю, я же со стороны не видел себя. А знаешь, давай как сделаем? Я выключаю, а ты часа через три включи. Если, конечно, не уснёшь.
— Не усну, — Дара приосанилась, огонёк погас. — Под такой дождь хорошо размышлять, — закончила она в темноте.
— О чём? — я потёр пальцами о кору дерева, чтобы очистить их от грязи, потом на ощупь нашёл маленький переключатель, щёлкнул им и, уже успевший надоесть гул, пропал.
— О разном.
— Если хочешь спать, то ложись, не бойся. Вряд ли кто-то сунется на холмы после ливня. А включишь, как проснёшься.
— Посмотрим.
Потянулось молчание, наверное, она, как и я, вслушивалась в шум дождя, пытаясь отвлечься от всего происходящего с нами. Чувствуя, как наваливается усталость, я стал укладываться. Поелозил плечами, кое-как перевернулся на бок и подложил под голову руку. Несмотря на хлещущий ливень, здесь было несколько сухих местечек, видимо потому, что дерево лежало на небольшом взгорке. Я представил что было бы, если б оно лежало в низине и меня невольно передёрнуло. Бесконечная вода, которая была повсюду, начинала вызывать отвращение.
— Как думаешь, отсюда далеко до этого посёлка, где ты спрятала кристалл? — спросил я, прикрыв глаза. Мои веки посветлели, но я не стал их поднимать, хотя так и подмывало снова посмотреть на её обрамлённое тьмою лицо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
